Дитрих, кажется, вовсе не нервничал - во всяком случае, выглядел он вполне спокойным и собранным, и даже успокаивающе поглаживал Камиджо по руке - мало ли, а вдруг он волнуется? Так же можно все дело загубить, а дело предстояло как минимум - интересное, не говоря уж о том, что опасное, а значит - чистый адреналин. Опять же, материал отличный, можно будет разворот сделать.
- Ничего, я переживу. В смысле, пусть нападает, - покосился на аллею из окна фургончика. - Давайте еще раз повторим план действий, м? Чтобы никто ничего не забыл. А то нам с моей прекрасной молодой супругой уже, кажется, пора, - улыбнулся слегка рассеянно, оглядывая собравшуюся гоп-компанию вопросительно. В белом фраке и галстуке-бабочке немец чувствовал себя не то, чтобы очень уж комфортно - настолько официальную одежду он недолюбливал, но чего не сделаешь ради дела?

Отредактировано Dietrich Schwarz (2010-11-03 23:58:32)

- А у нас был условный сигнал? - с искренним любопытством поинтересовался Дитрих, поднимая на Урсулу совершенно удивленный взгляд. Кажется, с тем, что плана не было, нет и не будет, придется смириться, а значит - остается импровизация по обстоятельствам. - Если был - напомните, а если нет... нужно придумать, причем в срочном порядке. Я боюсь, что если мы просто начнем шуметь..., - тут немец украдкой покосился на Камиджо - сам-то он, понятное дело, шуметь не собирался, а вот женушка - кто знает? - ...то попросту спугнем маньяка. С другой стороны, нужно что-то такое, чтобы вы заметили сразу, тут ведь темно. В общем, предлагайте варианты, дамы и господа. Нет, повторяю, орать на всю аллею "Караул, убивают!" - не выход.

"Дурачьё, какая мышь? - очень хотелось сказать Нейману. - Нет у нас условных сигналов и плана тоже нет, потому что вы действовать начинаете раньше, чем думать, да и бесполезно тут думать, когда речь идёт о заведомо провальном предприятии. Прощай, Камиджо, я любил тебя в этом платье. Прощай, Дитрих, тебе шла твоя голова.."
Но ничего он не сказал и даже вида не подал, что с радостью бы вызвал сейчас полицию, попросив упрятать как минимум троих из чудесной компании за решётку на пару суток. Вменив им нарушение общественного порядка и фальсификацию брачного договора.
- Камиджо, стоять, - велел Нейман, выглянув из фургона. - И все остальные - слушать сюда. Во-первых, никто не дал гарантии, что убийца ищет жертв именно здесь. Да, две пары из трёх были найдены в парке, судя по прессе - вон там, в беседке, и во-он там, из-за деревьев не видно, - но убиты они были безо всякой периодичности, в случайном порядке, и у вас есть все шансы угробить туфли Урсулы, прогуляв здесь всю ночь, но так никого и не встретить. Во-вторых, если вам всё-таки повезёт, и вы его встретите, до криков "на помощь!" может и не дойти: помню, был один тип, тоже любил головы отрезать, так он их не просто отрезал - отрубал здоровенным мачете, подкравшись со спины. Кроме того, возникает дилемма - если вы не будете на виду, мы едва ли успеем вовремя, а если будете - маньяк едва ли к вам подойдёт. Давайте сделаем так.. Либо Дитрих с его хорошей реакцией при малейшем подозрительном шорохе нажмёт кнопку быстрого набора на телефоне, и я очень надеюсь, что сигнал в парке ловится без проблем, либо..
На этом варианты закончились. В книгах было проще - несчастная жертва, помутившись рассудком, сама шла на закланье в тёмный переулок, и никто её не спасал, оставалось только рыдать перед лицом неминуемой смерти или запоздало хрипеть, лёжа на земле с перерезанным горлом.
- ..вдруг он для разнообразия решит живот распороть? - задумчиво пробормотал Нейман, глядя в пустоту поверх плеча Камиджо. Потом тряхнул головой, отгоняя красочные картины расправы с приманкой. - Короче. Вы гуляете по аллее, мило щебечете и незаметно, но очень - повторяю - очень внимательно смотрите по сторонам. Чуть что - звоните нам. Не успеете позвонить - кричите, стреляйте, шумите как можно громче, мы услышим и прибежим. Со своей стороны обещаю вам пышные похороны, трогательный некролог и светлую память.

Камиджо подпрыгнул, едва не подавившись локоном. О, это душераздирающая музыка, словно сейчас из-под фургончика вылезет убивец с топором и совершит расправу. Аж в глазах потемнело.
- Я в порядке, - дернул горделиво плечиком и подобрал кринолин. Посмотрел на босые ноги и опустил пышные юбки обратно. Все правы, вначале надо было последить за парочками, вдруг они как-то особо вызывающе себя вели, что привлекало маньяка. А может, он только на невест брюнеток ловится? С другой стороны, выкопал же Камиджо тот сапфир, значит и маньяка приманит. "Надо будет спросить, как его зовут, если случай представится. Вдруг он тот самый значимый и твердый?". Камиджо нервно хикикнул и пошел через ухоженный газон на аллейку с беседкой. Трава под ногами была мокрой и холодной, чулки немедля намокли и неприятно липли к ногам.
- Ой, а меня однажды чуть дикие аборигены людоеды не съели, - этак непринужденно проговорил Камиджо, дабы разбавить напряжение, подхватывая под руку мнимого мужа. - Твоя очередь делиться прошлым.
Тут Камиджо почувствовал, что от нацепленной улыбки у него сводит скулы.
- А почему нам обязательно надо было быть трезвыми, напомни? - внимательно, но не заметно глядя на темные кусты, тихонечко спросил Камиджо.

- Ой, спасибочки, - Камиджо отмахнулся букетом от комплимента, - Мне просто белое к лицу. Значит, Вы не против исправить ситуацию?
Чуть прижавшись к Дитриху грудью, достал из декольте фляжечку с виски. - Это хорошо, а то я думал, что ты будешь первой брачной ждать, чтобы позволить себе обращение ко мне во втором лице единственном числе.
Сделал большой глоток жгучего напитка, занюхал цветами, сунул тару немцу: "Если маньяк будет сексуальным, то чур он мой". Фыркнул, ткнувшись в грудь супругу. Виски начало согревать и внушать нереальность происходящего.
- Я кажется потерял одну туфлю, надеюсь в море кровищи Урсула не заметит пропажу, - тут Камиджо заметил идущего в их сторону мужчину. - Подозрительный? Скажи, он подозрительный?
"Наверное, надо отпрыгнуть от Дитриха, чтобы у того было больше поля для действий." Подумал Камиджо и прижался к спутнику сильнее. К ноге у него была пристегнута кобура, главное не запутаться в кринолине. Прохожий прошел мимо, оглядев парочку молодоженов.
- А что там делал Анджей, в отеле то? - Камиджо был не против покаяться, но вдруг Дитрих выживет, знать журналисту о том, что на родине его считают государственным преступником, незачем. - Надо было в церковь сходить, исповедаться.

- Ты прав, - Камиджо хлебнул, спрятавшись под полу пиджака Дитриха, - У тебя же на лице написано, что под венец тебя только по случаю незапланированной беременности затащить можно, а пьющую мать общество и медицина осуждает.
Он спрятал фляжку во внутренний карман пиджака немца, сделал вид, что поправляет на нем костюм. Этакая заботливая невеста.
- Когда мы с братом были маленькими, то он хотел стать разведчиком, а я принцессой. Прошло двадцать восемь лет, и вот он разведчик, а я - Камиджо посмотрел на одну туфельку в руке, - а я Золушка с большими шансами в полночь превратиться в окровавленную тыкву.
Когда прохожий скрылся в конце аллеи, Камиджо расслабился и не спеша продолжил прогулку.
- В любом случае умирать на руках у как бы мужа романтичнее, чем на задворках Австрии, - Тут Камиджо счастливо улыбнулся по просьбе немца. - Во время свадеб всегда думал, о чем лепечут жених и невеста, наконец, покров тайны вскрылся.

Камиджо одарил Дитриха удивленным взглядом, начиная догадываться о смысле его слов. "Мне бы еще выпить", - подумалось, но фрак так чудно сидел на мужчине, просто праздник, не нарушать же идиллию.
- Шансов у всех поровну, - ответил Камиджо, не веря своим словам, отчетливо вспоминая, как он зачем-то поехал на забытый богом пляж, выкапывать сапфир, - Если он купится на другую пару, то шансов выжить у нас будет чуть больше. Пригласи меня на танец, что ли.
Наверное, это очень странно - танцующая пара под луной, но с другой стороны привлекает внимание.
- Ну и как, быть женихом не очень страшно?  - Он немного дрожал в руках Дитриха, чуть вздрагивая от шевеления кустов. А в них нет-нет, да и вспорхнет потревоженная птица. Хоть до конца и не верилось, что эта реальность может быть опасной, волнение все равно не проходило.

- Можешь спеть, - Подбодрил Камиджо, который начал получать от ситуации удовольствие. Он в красивом парке, в красивом дизайнерском наряде (пусть в платье), с красивым мужчиной. Все идеально вписывается в его представление о совершенном мире. - К тому же, удобно будет смотреть по сторонам.
Камиджо уже продумал, как с легкостью вытащит револьвер из-за брюк Дитриха, сам же немец уже репетировал сцену по выниманию оружия из-под платья. Еще заместитель думал, кружась меж зеленых скульптур, что если все пройдет гладко, то он сможет с вызовом смотреть в глаза этому задаваке Николасу. Никогда не предполагал Камиджо, что захочет оказаться своим близнецом, тот с детства хорошо дрался. Камиджо изящно держал одну руку на спине, другую же завел за полы фрака, фиксируя малейшее движение по аллее. "Боже, если мне удастся спастись, обещаю, что запишусь в спортивный зал, выброшу все компрометирующие журналы, отдам часть денег на благотворительность и никогда не буду воровать косметику Урсулы".

Дитрих, улыбаясь обворожительно, скользнул ладонью по складкам платья, будто лаская молодую жену ненавязчиво, тем временем на самом деле нащупывая миниатюрное оружие - так, на всякий случай, не забывая при этом вести Камиджо в танце вполне уверенно и даже не наступая на ноги - очень уж талантливым танцором он не был, но кое-что все-таки умел.
- По-моему, мы с тобой отлично смотримся, - подмигнул, заглядывая в глаза. Прозвучало слегка нервно, но отвешивать комплименты и шутить в данной ситуации казалось лучшим выходом, чем позволить себе закатить истерику. Тем ни менее, разглядывание прекрасного лица блондина вовсе не мешало мимоходом обозревать ближайшие кусты и, кажется, движение смутное в той стороне, где они оставили фургончик и своих будущих спасителей.

...где-то далеко, в самом конце аллеи, нарисовался смутный силуэт, который неспешно шагал, сунув руки в карманы и мелодично насвистывая "Strangers in the night".

И тут Камиджо споткнулся. Не то, чтобы от неловкости, скорее от того, что позволил себе замечтаться. Множество причин пересеклись в одной единственной точке, и Камиджо незаметно для себя утонул во взгляде Дитриха. Голос же немца вернул мужчину в белом на землю, вместе с обстоятельствами и маньяком.
- Да, наверное, - несколько поспешно ответил Камиджо, спрятав лицо за белоснежные локоны. Сделав неосторожный шаг, он наступил на длинный подол дизайнерского платья. Дитрих уверенно ведущий в танце, лишь усугубил ситуацию. Дэвид запутался в пышных юбках, белоснежная фата сорвалась с волос и взметнулась птицей на фоне бархатно-синего неба. Камиджо зрелищно упал в траву, мастерски поставив подножку Дитриху. На миг он зажмурился, предчувствуя удар.

Сердце бешено стучало, заглушая звуки внешнего мира. Камиджо спрятал лицо в ладонях. Можно подумать, он специально тут устроил демонстрацию - бабочка пытается взлететь.
- Я не рехнулась, я оступилась. Извини, кринолин это не моя повседневная одежда, мог взять профессионала в виде Урсулы.
Камиджо не совсем понимал причину вспышки гнева, и только потому что повышать голос было нельзя, он сдерживался.
- Предлагаю срочно сворачивать операцию. Анджей прав, маньяк сегодня не появится. Скорее всего подмога идет, чтобы сообщить нам об этом. - Он высвободился из объятий Дитриха, - А ты определись, красиво мы смотримся или неестественно глупо.
Подхватил юбки и решительно направился в сторону обратную от фургона. "Прогуляться и подышать", - огласил он себе. Он не видел приближающегося незнакомца, потому что смотрел под ноги, того и глядишь опять наступишь на пышный подол юбки. Заслышав свист, Камиджо вздрогнул и поднял голову. "Успокойся, маньяков нет. Просто человек идет через парк. Может, он сам боится, вот и свистит", - начал успокаивать себя Камиджо, но туфельку в руке сжал. "Да-да, и не забудь улыбаться."

Разглядев незнакомца, Камиджо успокоился. Что-то в нем было притягательное, располагающее к себе. "Ну какой же это маньяк", - расслабленно подумал блондин, искренне улыбаясь в ответ.
- Спасибо, - шепотом произнес Камиджо, и вдруг понял, что у него пропал голос, наверное, от волнения. Непроизвольно прижал руку к горлу. - Все в порядке.
Ничего не естественного: увидеть и заговорить с невестой, все-таки это один из самых счастливых дней в жизни девушки. Камиджо смущенно покосился на туфельку, мол вот, потеряла на гуляньях обувь.

Подошедшему спутнику прелестной дамы человек улыбнулся более сдержанно, но по-прежнему тепло. Отмечая про себя, что вместе они смотрятся на редкость гармонично.
- Отмечаете что-то? - поинтересовался у обоих сразу. - О, вы, наверное, в отпуске. Или медовый месяц? Не встречал вас здесь прежде - такую милую пару определённо запомнил бы.
И всё, никаких излишеств, ни грамма навязчивости. В конце концов, почему бы не предположить, что люди в белом - счастливые молодожёны, и не выразить по этому поводу соболез.. искреннюю радость.